Ассоциация аэронет

Ассоциация эксплуатантов и разработчиков беспилотных авиационных систем

Антидрон и юридическая революция. МВД России предлагает считать дрон субъектом права.

МВД России считает возможным сделать дрон субъектом права, несущим ответственность за деяние наравне с человеком. Такие выводы можно сделать из проекта нормативного акта, опубликованном для общественного обсуждения. 

Мы продолжаем цикл публикаций по теме противодействия силовых структур неправомерному применению БАС.

В соответствии с Федеральным законом № 404-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации», силовые структуры после 2 декабря 2019 года получили  право пресекать несанкционированное нахождение беспилотных воздушных судов в воздушном пространстве посредством подавления или преобразования сигналов дистанционного управления, воздействия на пульты управления, а также повреждения или уничтожения беспилотных воздушных судов (БВС).

Для этого силовые структуры обязаны разработать и утвердить соответствующий Порядок принятия такого решения о пресечении, а также Перечень должностных лиц, уполномоченных на принятие такого решения.

Вслед за опубликованным ФСБ, свой проект Порядка и Перечня 17 апреля 2020 г. разместило МВД России. 

Проект, как указано, разработан во исполнение поручения Министра внутренних дел Российской Федерации генерала полиции Российской Федерации В.А. Колокольцева от 13 декабря 2019 г. № 5176 и называется «проект приказа МВД России  «Об утверждении Порядка принятия решения о пресечении нахождения беспилотных воздушных судов в воздушном пространстве в целях, предусмотренных пунктом 40 части 1 статьи 13 Федерального закона от 7 февраля 2011 г. № 3-ФЗ «О полиции», и Перечня должностных лиц, уполномоченных на принятие такого решения» (далее по тексту – Проект, Перечень)

Напомним, что согласно внесенным в закон «О полиции» поправкам, полиции для выполнения возложенных на нее обязанностей, предоставляется право пресекать нахождение беспилотных воздушных судов в воздушном пространстве указанными выше способами в целях защиты жизни, здоровья и имущества граждан:

  • над местом проведения публичного (массового) мероприятия и прилегающей к нему территории;
  • проведения неотложных следственных действий и оперативно-розыскных мероприятий.

Как видим, сотрудники полиции наделены правом пресекать полеты БВС не во всем воздушном пространстве, руководствуясь только субъективной оценкой уполномоченного лица о том, насколько БВС угрожает жизни, здоровью или имуществу граждан, как это могут делать сотрудники ФСБ согласно их Порядку и Перечню, а все-таки только в определенном секторе ВП.  

Однако, во-первых, вызывает вопросы термин «прилегающая территория», на недопустимость произвольного употребления которого обращалось внимание еще на стадии обсуждении проекта изменений в 3-ФЗ «О полиции».

Что в данном случае будет считаться территорией, прилегающей к месту проведения публичного (массового) мероприятия, кто будет определять его границы и как об этом должно стать известно законопослушному внешнему пилоту, планирующему маршрут полета своего БВС - остается неясным.

Во-вторых, по общему правилу полеты БВС любой взлетной массы над местами проведения публичных мероприятий без разрешения на ИВП запрещены.  

Видимо, исходя из того, что по умолчанию любой беспилотник над массовым мероприятием является нарушителем - в пункте 3 Порядка устанавливается, что управление БВС с нарушением установленных правил ИВП над местом проведения публичного (массового) мероприятия и прилегающей к нему территории, проведения неотложных следственных действий и оперативно-розыскных мероприятий оценивается как угроза жизни, здоровью и имуществу граждан и служит основанием для принятия решения о пресечении нахождения БВС в воздушном пространстве.

Поэтому, согласно пункту 2 Порядка, в отношении всех обнаруженных в таком воздушном пространстве БВС уполномоченному лицу предписывается принимать решение о пресечении их полета, правда с учетом:

  • создавшейся обстановки, характера и степени опасности действий БВС, угрозы жизни, здоровью, имуществу граждан и (или) сотрудника органов внутренних дел
  • наличия ориентировок либо иных данных (оперативных сведений, свидетельских показаний), подтверждающих причастность БВС и (или) его оператора к совершению противоправных действий

а также

  • в случае выявления внешнего пилота БВС без разрешительных документов для производства полетов в данном районе, 

а также 

  • если управление воздушным судном осуществляется лицом, находящимся в состоянии опьянения, при этом в обоих случаях внешний пилот не реагирует на законные требования сотрудника полиции о прекращении полета.

Поддерживается, что в перечень действий уполномоченного лица полиции (пункт 4 Порядка) при принятии решения о пресечении, включена попытка выявления (в тексте – «обнаружение и задержание») внешнего пилота БВС с целью проверки у него разрешительных документов для производства полетов. Хотя не уточнен приоритет этого действия.

Другими словами, из формулировки «при принятии решения о пресечении…должностное лицо обязано» не совсем понятно:

  • это уполномоченное лицо будет сначала пресекать полет (вплоть до уничтожения БВС), а потом пытаться выявлять внешнего пилота и проверки его разрешений, 

или все-таки наоборот

  • пытаться выявить внешнего пилота, и только если попытка не удалась и есть основания воспринимать «неопознанный» летающий объект, как  представляющий угрозу, воздействовать на беспилотник ?

Учитывая, что полеты БВС до 30 кг на высотах ниже 150 метров могут производиться без наличия разрешения на ИВП, целесообразно в п. 4 Порядка фразу «без разрешительных документов» заменить на «не имеющего разрешения».

То есть опять встает вопрос о согласованности служб ЕС ОрВД, дающих разрешения на ИВП, и органов, в данном случае, полиции, наделенных правом рассматривать в качестве нарушителя любое БВС, залетевшее даже случайно в ВП со столь нечетко определенными границами, как «и прилегающая к ней территория».

ЮРИДИЧЕСКАЯ РЕВОЛЮЦИЯ

Революционной новацией в предлагаемом проекте нормативного акта, безусловно является пункт 2 Порядка, допускающий возможность причастности БВС к совершению противоправных действий.

Все понятно с внешним пилотом - физическим лицом. Но каким образом противоправные действия может совершать, то есть быть причастным, не лицо, а дрон и какими оперативными сведениями может подтверждаться «причастность БВС и (или) его оператора к совершению противоправных действий»?

Тут просто революция в юридической науке намечается, и легко решается проблема, над которой много лет ломает голову мировое юридическое сообщество -  робот становится субъектом права!  

Видимо, если подтвердится ориентировка о его (дрона) причастности к совершению противоправных действий, он должен будет наравне с виновником нести имущественную  (и не только) ответственность за возможный ущерб от пресечения его полета?

Ведь в пункте 5.7 Порядка допускается «наличие либо отсутствие пострадавших (потерпевших) от несанкционированных действий БВС и применения сотрудниками полиции специальных технических средств».

СРЕДСТВА и ПОСЛЕДСТВИЯ

К вопросу о применении сотрудниками полиции специальных  технических средств. 

Согласно внесенным в №3-ФЗ «О полиции» поправкам,  сотрудники полиции имеют право на пресечение полетов БВС в установленных целях путем применения специальных средств (п. 12 ст. 21 № 3-ФЗ), а именно специальных технических средств противодействия беспилотным воздушным судам (п. 15 ст. 21), а также огнестрельного оружия (п. 5 ст. 23), если иными средствами прекратить их нахождение в воздушном пространстве не представляется возможным.

Это не было уточнено при принятии поправок в № 3-ФЗ и не уточняется теперь и в тексте Порядка, но вероятно разработчик подразумевает, что огнестрельное оружие может применяться только в отношении БВС, так как формально, без такого уточнения, учитывая специфику беспилотной авиации, пресечь полет БВС можно, применив оружие и в отношении его внешнего пилота, если управление БВС происходит в ручном режиме.

Остается открытым вопрос риска последствий применения, особенно в месте проведения массового мероприятия, специальных технических средств противодействия БВС без установления ограничений на их технические характеристики с точки зрения возможных последствий для людей, для других пользователей воздушного пространства

В том числе и потому, что согласно части 2 стати 18 закона «О полиции» перечень состоящих на вооружении полиции специальных средств, огнестрельного оружия и патронов к нему, боеприпасов устанавливается Правительством Российской Федерации.

Надеемся, что при включении в этот Перечень технических средств противодействия беспилотникам будет учитываться требование указанной статьи о том, что «не допускается принятие на вооружение полиции специальных средств, огнестрельного оружия и патронов к нему, боеприпасов, которые наносят чрезмерно тяжелые ранения или служат источником неоправданного риска».

И в заключение, хотя в п. 6 Порядка и указано, что «действия уполномоченных должностных лиц органов внутренних дел, принявших решение по пресечению нахождения БВС в воздушном пространстве, могут быть обжалованы в соответствии с законодательством Российской Федерации», всем эксплуатантам БВС следует учитывать, что  на основании п. 9 ст. 18 «Закона о полиции»  сотрудник полиции не несет ответственность за вред, причиненный гражданам и организациям при применении физической силы, специальных средств или огнестрельного оружия, если их применение осуществлялось по основаниям и в порядке, которые установлены Федеральными конституционными законами, законом о полиции № 3-ФЗ и другими Федеральными законами.

 

Комментарии

Для добавления записи необходимо авторизоваться или зарегистрироваться на портале

Главное
Опросы
Как повлиял COVID-19 на ваш бизнес в сфере БАС?
Изменился ли объем заказов в следствие эпидемии?
Ответить

обсуждения